fotovivo

Categories:

"С ранцами, с ранцами по двору не шляйтесь"

Педагогического опыта у меня с гулькин нос, год всего. На педпрактике. Университет тогда был заточен на технические специальности, полупроводники-диэлектрики, элементная база, в школу распределялись отстающие. На педпрактике каждому полагалось по классу, у меня было два - договорились с подругой по-очереди заменять кубинца Карлоса, который по-русски говорил, но понимали его только экзаменаторы - в итоге вышло так, что 7-м "Г"  занималась  только я. С положенными мне "ашниками" все было более-менее, но Карлосу подбирали самый "легкий" класс, с ними мы отлично поладили,  до сих пор этих ребят помню :) Хотя и клоун свой имелся и девочки-красули за словом в карман не полезут - традиционный набор в ассортименте. Мне нравилось рассказывать о физике. Да и сейчас нравится ) Если что и отталкивало в школе, то не дети, а нравы в учительской. Тот еще клубок пресмыкающихся. И подставы и подъ*бы. Еще когда сама училась, случалось наблюдать - сцеплялись прямо при детях, по некоторым предметам едва ли не каждый год менялись, а то и в середине года - молоденькие выпускницы дольше нескольких месяцев не задерживались.

Рассказ про Верочку написала когда-то еще в форумскую эпоху, газетный заголовок в эпиграфе настоящий (2005г), остальное - фантазия на тему:

Верига

Из новостей: « ... в Ульяновске осуждена учительница за насилие над учеником.  Это уже третий случай в городе...»

  •  Мятая грузная бомжиха в рваных гамашах с недоумением осмотрела новую сокамерницу. На лавке жалась щупленькая, неяркая как полевой цветок, молодая женщина. По всему видно - насквозь положительная. В ее несвежей одежде нетрудно было разглядеть недавний элегантный костюм.
    - Тибя ж за що, дитё ?
    - За убийство.
    - Мужика что ль порешила ?
    - Нет ... Вера покачала головой. Не мужика. 

Верочка была мечтательной девочкой. До пятнадцати лет возилась с куклами. Порой раздавала им крошечные "дневники", вырезанные из школьной тетрадки и играла в урок с оценками.
В старших классах стала заниматься в литературном кружке.
Однажды кружковцам разрешили провести занятия у первоклашек. Верочка была в восторге, рассказывала подружкам: "Девочки - это сказка, они все руки тянут! один вперед другого рвутся отвечать!" 

Профессия была выбрана. Вера основательно готовилась на филфак университета, посещала подготовительные курсы. В мае записалась на пробный экзамен - в случае успеха его засчитывали, как вступительный.

Подвело волнение. Нет, она не провалилась, получила "пять" и три "четверки". Можно было ожидать результатов конкурса или попытаться еще раз, в июле. Некоторые ребята на всякий случай отнесли документы с оценками  в местный пединститут, Вера пошла за компанию.

К удивлению девушки, вскоре после выпускного пришло письмо о зачислении. Её брали в педагогический на отделение географии. В жизни Верочки наступил момент метаний. Пробиваться в университет или остановиться на достигнутом? Она несколько раз бегала в приемную комиссию узнавать о величине конкурса. Он был огромен - 15 чел. на место. Одних медалистов хватало почти на весь набор. Вера рассуждала: "В конце-концов, чего я хочу? - Работать в школе." О географии она прежде  не задумывалась - невыразительные уроки прошли обычной рутиной. "Но ведь это тоже можно давать как увлекательное чтение, найти интересные материалы ?" Она даже купила большую книгу Жан-Ива Кусто с потрясающими фотографиями. Которая оказалась еще и замечательной литературой. Решение было принято. А тут еще подвернулась возможность съездить в Карелию, девушка предпочла не тратить силы, а сделать передышку перед серьезной учебой.

Стала студенткой пусть не самого престижного, но тоже достойного факультета. Ее восторженность перекинулась на новый предмет.

Старательная Верочка успевала по всем курсам. Институт находился в родном городе, можно было жить дома у мамы. Появилась и подруга - под стать Верочке. Бесшабашная общежитская круговерть обошла их стороной. Увлеклись работой в пед.отряде, по доброй воле участвовали в студенческих конференциях. Годы учебы промелькнули, как пейзаж за окном речного трамвайчика. Педпрактика вызывала в душе у Веры холодный трепет. Входить в незнакомый класс было страшновато. Но уроки юная практикантка строила тщательно, с выдумкой; стоило начать и оторопь проходила. Даже проверяющий из РОНО слушал  заинтересовано. Подруги, присутствовавшие друг у друга на занятиях - хвалили и удивлялись. К концу практики Верочка со смехом вспоминала свой первоначальный ужас. К ученикам так привязалась, что уходить было жалко. Последняя сессия, диплом.

За стенами родного института сказка закончилась.

В родном миллионнике свободной ставки не нашлось. Пришлось ездить в райцентр. Два часа на электричке. По большой просьбе маминых знакомых Верочку согласились взять в тамошний "крутой" лицей. Вислощекая, рыхлая администраторша встретила новенькую жестким взглядом из под насупленных "брежневских" бровей.

- " Тебе чего, девочка ?" - хотя визит был согласован. Веру сходу ставили на место. Сетку дали неудобную, с большим количеством "окон" и не совсем по специальности - естествознание и краеведение (местное изощрение) у средних классов. Поначалу Вера Игоревна старалась подбирать что-то необычное по каждой теме, но не находила отклика. Не по возрасту целеустремленные "элитные" детки не задирались, не строили каверз — на последние уроки они приходили вяло-замученными, а на первых, не обращая внимания на юную географичку, готовились к "настоящим" предметам, списывали, совещались. Рейтинги, череда промежуточных экзаменов - не до "лирики". Класс могли "сдернуть" с середины урока на очередное важное мероприятие, почти не предупредив начинающую учительницу - какой уж тут авторитет..

Вера сдалась - отрабатывала стандартную программу, дети не бесятся - ну и ладно. Год - другой, работа начала опостыливать.

А потом Верочку просто "съели", вынудили уйти - чьей-то родственнице понадобилось место. Расставание прошло без сожаления. Даже с удовлетворением - надоели долгие часы в холодных электричках, отсутствие личной жизни. Отдых пришелся кстати.

Но не жить же  на мамину пенсию.

Освободилась ставка в интернате неподалеку. В классе "выравнивания". Выбор был невелик - или это или торговать на рынке. Верочка все еще любила школу. Она решила, что не будет требовательной,  мягкий подход и  увлекательные рассказы помогут наладить добрые отношения со сложным контингентом.

  • Вера сквозь слезы смотрела на бурую стену камеры, водила пальцем по трещинам на штукатурке. И вспоминала. Где, с какого места события понеслись под уклон, когда еще можно было повернуть ?

За пять минут до происшествия:
Нервы сдали. Разумное существо внутри Веры оторопело наблюдало происходящее. Глумящаяся рожица, ехидные взгляды, омерзительный гунявый ротик, выплескивающий помои грязной брани - заткнуть это отвратительное отверстие... остановиться уже было невозможно.

  • Полупустая поначалу камера наполнялась прибывающими арестантками. Стало шумно, мест не хватало. Начались ссоры. Утихомиривать разношерстое кодло взялась баба Мотя, та самая неопределенного возраста бомжиха, встретившая Веру в начале заключения. Мотя справлялась с ситуацией с уверенностью бульдозера. Ее слушались и горластые цыганки и наглые размалеванные девицы.

За полгода до происшествия:
Верочка, стараясь казаться деловитой и уверенной, вошла в кабинет.
Директор интерната смотрел сквозь :
- Какие еще курсы дефектологии ?! Идите работать.

  • Вера умела интересно рассказывать. Иногда, под настроение, сокамерницы слушали о приключениях Алана Бомбара, в одиночку, на резиновой лодке, переплывшего Атлантику, о бальсовом плоте Кон-Тики. ..

За год и два месяца до происшествия:
Интернат оказался сырым мрачным зданием с обшарпанными стенами и загаженными туалетами.

Верочка прониклась сочувствием к еще не знакомым ей воспитанникам. "Рассказы о дальних странах санут хотя бы небольшими солнечными моментами в жизни этих несчастных" - мечтала молодая учительница - "Уроки географии будут похожи на часы психологической разгрузки. Слайды под успокаивающую музыку .." Верочка в душе оставалась восторженной девочкой.
Голосистое "Здрассте!" вырвало ее из задумчивости. "Здравствуйте, ребята". "Доссиданья!" захлебывающийся гнусавый смешок удалялся по коридору. На эту наколку Вера больше не попадалась. Очень быстро она поняла, что придется натянуть на лицо выражение брюзгливой надменности, свойственное большинству коллег: иначе никак - расслаблено-благодушный вид провоцировал у здешних обитателей приступы ярости.

Иногда ей удавалось благополучно провести урок - когда сонный по утру класс в апатичной полудреме слушал "Веригины сказки". Прозвища были у всех "училок", Верига - от И.О - еще не самое изобретательное.

Расжевывать нужно было как в яслях. Невежество ошарашивало. Шестиклассники путали города, страны, столицы, о прочем и говорить не приходилось.

Попытки ликвидировать географическую неграмотность превращали класс в палату буйнопомешанных. Казалось, детишки находили своеобразное наслаждение в тупом упрямстве, "А вот все равно не поймем, ничего у тебя не получится!". Затевали  ссоры между собой, объяснения заглушали шумом, сбивали выкриками: "А почему я!, а  мне вчера поставили..." Навести порядок неопытной учительнице не давалось: на сдержанные увещевания отвечали кривлянием, на жесткое требование - наглыми выходками и грубостью.

"Ты добрая" - сочувствовали коллеги - "с нашими так нельзя, пока не заорешь - не принимают".

Вера попробовала "испытанный" метод. Стало только хуже. То, что удавалось грузным, очерствевшим педагогиням со стажем, у Верочки не проходило. Ребятишки чувствовали внутреннюю мягкость, и, как бы получив в ее резкости оправдание своим безобразиям - распоясались окончательно: вскакивали, строили рожи за спиной, перебивали, огрызались на замечания. Больше всех ей досаждал узкоголовый мальчишка со злобными глазенками, неумело супивший брови.

Не особо популярный в классе, он, когда начинал "злить Веригу" , получал столь желанные внимание и поддержку.

Это был момент, когда нужно было уйти ?

Что ее удерживало? 

Надеялась набраться опыта, вработаться - подрастут новые ученики, может быть придет более вменяемый класс. Не привыкла Вера сдаваться. Воспитали ее так: терпеть, преодолевать трудности, бороться, легко не бывает - "не сразу Москва строилась" ...

Внутреннее напряжение нарастало, несколько раз срывалась на домашних.

В момент происшествия:
Накопившийся заряд эмоций прорвался вспышкой молнии. Под руку попалась модель земной орбиты с шариком на конце штыря.

Так и записали: "Происшествие со смертельным исходом"

  • Очнулась Верочка  у растрескавшейся бетонной стенки.
    В полузабытьи ночных кошмаров чудился ей класс "выравнивания", выровненный по-струнке, баба Мотя, грозно взирающая с задней парты и сама она - Верочка, мерцающим эльфом парящая у карты.
    Речь ее то течет раздольно, как воды Ориноко, то шелестит, как ковыли прерий, то взмывает ввысь, как кедры Карелии, и, чудесным образом, все рассказанное тут же разворачивается живыми картинами, тающими в воздушной перспективе. В одной из картин тает и сама Верочка, уходит в дрожащую синь.








Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →